?

Log in

No account? Create an account
Берлога Зеленого Медведя
 
[Most Recent Entries] [Calendar View] [Friends]

Below are the 20 most recent journal entries recorded in Зеленый Медведь aka Green_Bear's LiveJournal:

[ << Previous 20 ]
Thursday, November 8th, 2012
3:09 pm
Sticky
Краткое введение в медведологию или план берлоги...
Главный Лесной Закон: "В Берлоге может быть только один Медведь - Зеленый"

Если вы здесь впервые...Collapse )
Если вы хотите просмотреть содержание...Collapse )
Если у вас есть вопрос...Collapse )
Если вы добавили меня в друзья...Collapse )
Если вы хотите пообщаться...Collapse )
Если я что-то упустил...Collapse )
Если вы хотите поблагодарить или поддержать...Collapse )

И - добро пожаловать в Берлогу!
Wednesday, October 16th, 2019
1:15 pm
Марта Уэллс «Отказ всех систем»
В далеком будущем на далекой планете участники одной незадачливой экспедиции в один не очень прекрасный момент обнаружили, что кто-то очень хочет спровадить их на тот свет. Однако был у них охранный андроид — Киллербот, причем весьма непростой... В каком-то смысле "Отказ всех систем", первая повесть из цикла "Дневники Киллербота" Марты Уэллс — это история, рассказанная от лица классического волшебного помощника, мысли и чувства которого обычно остаются за кадром. Но не в этот раз. Именно автостраж Киллербот становится главным действующим, мыслящим и чувствующим героем, с помощью сенсоров которого мы и наблюдаем за остальными персонажами.

По аннотации и первым абзацам повести могут возникнуть ассоциации со "Слугами правосудия" Энн Леки, однако здесь же кроется подвох. Уэллс не уделяет особого внимания проработке своей вселенной, ее политической или культурной сферам. Несколько размашистых мазков обрисовывают происхождение конструктов — автостражей и транспортных ботов, юридически бесправных продуктов генетической и электронной инженерии, существ из клонированных органов и механических частей, снабженных относительно развитым интеллектом. Саркастично комментируется алчность страховой компании, которая ради лишнего процента прибыли готова на любые ухищрения: навязать дополнительные пункты в договор, шпионить и воровать информацию у клиентов, экономить на оборудовании и комплектующих.

Среди всех описываемых в фантастике роботов и киборгов, вышедших из-под контроля, "наш" Киллербот, пожалуй, психологически ближе всех к земному обывателю. Взломав свой модуль контроля, он довольствуется относительной свободой в рамках профессиональных обязанностей автостража. А именно: смотреть сериалы сезон за сезоном, самостоятельно принимать решения в критических ситуациях, не сталкиваться с жесткими ограничениями в речи и поступках. Где-то лентяйничать, зная, что предписанные меры предосторожности избыточны. Но все резко меняется, когда его расслабленная идиллия оказывается под угрозой уничтожения.

Вторая повесть цикла, "Искусственное состояние", посвящена уже относительно свободному путешествию Киллербота, который с одной стороны бежит от пугающего неожиданностью и непривычностью настоящего, а с другой — возвращается в мрачное прошлое. Он хочет выяснить правду о трагическом инциденте в своем досье, но попутно сталкивается с излишне инициативным и говорливым транспортным ботом — мозгом космического корабля, затем влипает в историю с тяжбой между компанией-подрядчиком и ее бывшими сотрудниками, находя новые приключения на свои органические компоненты.

Завязка обеих повестей открывала широченный простор для фантазии, однако реализовала их потенциал Марта Уэллс лишь частично. Сюжет предельно схематичен, прямолинеен и опирается на классические человеческие мотивации — алчность, наглость и глупость. Однако Киллерботу недостает ни обаяния, ни утонченности Один Эск "Справедливость Торрена" из трилогии Энн Леки. Фактически он постоянно мысленно ворчит, избегает излишнего внимания со стороны людей, теряется в своих эмоциях и пространно иронизирует, порой не без черного юмора. Такое поведение быстро приедается, а других эмоциональных тонов у автора не припасено. Единственное, что хоть сколько-то оправдывает присуждение повестям целого букета премий — так это описание чувств и ощущений, которые испытывает Киллербот, общаясь с самыми разными людьми — веселыми и настороженными, внимательными и равнодушными, дружелюбными и агрессивными. А также — описание возникающих моральных и этических дилемм. Сперва Киллербот на удивление нервно и неприязненно реагирует даже на искреннее сочувствие, лишь постепенно он начинает доверять и пытаться дружить. Нечто подобное подробно расписывала, к слову, Ольга Громыко в цикле "Космоолухи", но в отличие от него, в истории Марты Уэллс нет комизма и бурлеска. Да и вообще "Дневникам Киллербота" остро не хватает ярких красок и внезапных поворотов сюжета, чтобы удержать внимание читателя, который прохладно относится к этической подоплеке.

Итог: блеклая гуманитарная фантастика с элементами космооперы, посвященная сложным чувствам киборга.

Моя оценка: 7/10
Wednesday, October 2nd, 2019
9:32 pm
Таде Томпсон «Роузуотер»
Когда в 2012 году "звезда" Полынь рухнула в Гайд-парке в Лондоне, не прозвучал с небес трубный глас, не поскакали по миру Всадники Апокалипсиса. Человечество с удивлением обнаружило, что отнюдь не одиноко во вселенной, однако попытки британцев сдержать или уничтожить незваного гостя оказались тщетны. Инопланетное существо Полынь погрузилось в земную кору и принялось бессистемно перемещаться между странами, пока не нашло себе приют в Нигерии. Именно там спустя десятилетия разворачиваются события романа "Роузуотер" Таде Томпсона, английского писателя нигерийского происхождения.

Город Роузуотер, возникший вокруг непроницаемого сияющего биокупола Утопии-сити, можно охарактеризовать двумя словами — надежда и ложь. Сюда отчаявшиеся стремятся за исцелением, здесь даже восстают из мертвых, правда, лишь бездушными куклами — реаниматами. В Роузуотере можно повстречать виды инопланетного происхождения, однако знакомство, к примеру, с пузырником закончится плачевно. Даже название города — язвительная шутка, поскольку в первые годы поселение смердело фекалиями и разлагающимися трупами. Впрочем, к 2066 году Роузуотер обзавелся и списанными поездами из Италии, и собственным мэром, и поддерживающими порядок спецподразделениями. Кааро — один из старожилов поселения, сенситив и спецагент, тоже обзавелся кое-какими атрибутами нормальной жизни. Приличная подработка в банке, размеренное сотрудничество со спецслужбой "Отдел 45", узкий круг близких знакомых. Однако хватит нескольких мелочей, чтобы налаженная рутина разошлась по швам.

Вторгнувшись в биосферу Земли, Полынь распространила микроорганизмы, которые назвали ксеноформами. Благодаря им некоторые люди, сенситивы, получили возможность воспринимать чужие мысли и воспоминания, а также влиять на них. Кааро — один из таких везунчиков, способен эффективно использовать устойчивую психическую связь с ксеносферой, инопланетными волокнами похожими, на грибные. Часто легкомысленный и эгоистичный, он может быть дотошным и принципиальным, когда происходящее цепляет его за душу, выволакивая из уютного безделья. Особенно, когда в ксеносфере его преследует гигантская женщина-бабочка с повадками суккубы, спецслужбы чем-то обеспокоены, а у новой пассии весьма разнообразный круг общения. То, как вдумчиво и внимательно Томпсон подходит к прослеживанию жизненного пути Кааро, описанию его взросления и рефлексии, сильно напоминает по своей мейнстримности "Спин" Роберта Уилсона. Более того, действие в "Роузуотере" также построено вокруг вторжения некоей инопланетной сущности на Землю, ее влияния на человеческий социум и науку. Однако у Томпсона фантастический элемент проявляется ярче и сильнее, а также связан не только с Полынью.

Выстраивать в хронологическом порядке логическую цепочку событий, причин и следствий в романе — занятие неблагодарное, а отчасти даже вредное. Томпсон целенаправленно ведет повествование в хаотическом ключе, перемешивая прошлое и настоящее, цельные сюжетные линии с обрывочными интерлюдиями, погружая читателя в туман из намеков и недомолвок, чтобы постоянно поддерживать напряжение. Вопреки ожиданиям, нигерийский антураж в романе лишен какой-то особой экзотики, подается буквально штрихами, слабо влияя на сюжет. Названия племен и старые дрязги между ними, колониальное прошлое и туземные верования. Декорации дополняет типичный для стран третьего мира контраст между трущобами и дворцами, передовыми технологиями и дремучей дикостью.

Временами Томпсон замахивается на планетарный масштаб, например, упоминая самоизоляцию США, которые разорвали все контакты с окружающим миром — боевые дроны в воздухе и на море, электромагнитная аномалия для защиты от съемки со спутников. Но затем автор резко сужает происходящее до личных проблем Кааро и интриг спецслужб, нисколько не учитывая вполне ожидаемые последствия от исчезновения штатов с политической карты. Британский эмиссар лишь единожды инструктирует О45, а про китайцев и вовсе не слышно. Несмотря на прорывающуюся в некоторых эпизодах натуралистичность, в целом "Роузуотер" не смакует мерзости нищей жизни, лишь бесстрастно отражая реалии с точки зрения местного жителя. И несмотря на порой проскакивающие нотки абсурда, финал получился абсолютно логичным и реалистичным.

Итог: мягкая НФ с элементами шпионского триллера и психологической прозы.

Моя оценка: 8/10
Tuesday, September 10th, 2019
6:59 pm
Ольга Паволга, Михаил Перловский «Стеклобой»
Судя по отзывам и рецензиям, за последние годы у многих литературных обозревателей в русскоязычном пространстве сложилось весьма специфическое разделение на "большую литературу" и "фантастику", проводимое не по жанровой направленности текста, но по личности автора. Также многое зависит от того, каким образом представляет книгу издательство. С этой точки зрения авторам "Стеклобоя" повезло. Ольга Паволга, сотрудничающий с интернет-порталами и издательствами фотограф, автор вошедшего в номинанты "Нацбеста" сборника заметок и эссе "Записки на запястье". Михаил Перловский, креативный директор рекламного агентства, закончил курсы театральной режиссуры. В свою очередь Livebook позиционировал роман для продвижения, как современную российскую прозу. Однако в таких случаях сразу возникает подозрение, что несмотря на громкие обещания, в отделе фантастики без труда найдутся более удачные, интересные и оригинальные книги.

Завязка "Стеклобоя" выглядит весьма интригующе. Университетский преподаватель Дмитрий Романов приезжает из Питера в затерянный среди провинциальных дебрей городок Малые Вишеры, где в середине 19 века знаменитый писатель Мироедов таинственным образом обрел свой талант. С первых же глав соавторы щедро рассыпают загадки, связанные со странным поведением окружающих, их обмолвок и оговорок, но одновременно постоянно подмигивают читателю, выдавая прозрачные намеки об исполнении заветных желаний, цене за них и происхождении вишерского чуда. Магия складывается из бытовых мелочей и мимолетных ощущений, то нависая дамокловым мечом, то рассеиваясь в суровом реализме.

Увы, с новизной у "Стеклобоя" категорически не сложилось. Мотивы манипуляций, заветных желаний и столкновения с могущественной сущностью уже чудесно обыграли супруги Дяченко в "Цифровом" и "Медном короле". Причем порой возникало устойчивое впечатление, что некоторые сюжетные повороты у Паволги и Перловского калькированы, настолько предсказуемо и знакомо они смотрелись. Хуже того, буквально за три года до "Стеклобоя" появились на свет "Автохтоны" Марии Галиной, в которых разыгрывалась почти такая же пьеса. Приехавший в провинциальный городок чужак, имеющий туманные цели, проводил загадочные поиски в старинных хрониках, сталкивался то ли с проявлениями магии, то ли с совпадениями, странствовал среди оживших преданий и мифов. Еще забавнее получилось, что, как и "Автохтоны" Галиной, "Стеклобой" также номинировали на премию "Новые Горизонты". Будет интересно сопоставить, как отреагируют члены жюри на лайт-версию старого победителя.

Однако оригинальность выбранной темы — дело десятое, если исполнение выше всяких похвал. И здесь "Стеклобою" тоже особо похвастаться нечем. Изначально соавторы кропотливо и красиво складывают по детальке причудливый витраж повествования, но когда до полноты вроде бы уже остается совсем чуть-чуть, будто спохватываются, что написано еще слишком мало, и разбивают стекло вдребезги новым поворотом сюжета. Перед читателем проносится и сатирическое отражение советской бюрократии, и прозаическое краеведение, и социально-политическая фантасмогория, и стилизация под авантюрную классику... И всякий раз соавторы разрушают почти законченную картину, чтобы завершить роман и вовсе банальным появлением двуликого deus ex machina. Разбитая на осколки история, этакий производственный стеклобой, жалобно похрустывает под тяжестью обманутых надежд.

Вторая серьезная проблема "Стеклобоя" — это главный герой, а точнее его неизменная инфантильность. Митя-Митенька, до сих пор не изживший в себе ни детских страхов, ни подростковых комплексов, пасующий перед трудностями, боящийся ответственности, не способный здраво оценить свои силы и легко бросающийся в бессмысленные авантюры. Пожалуй, ни один другой типаж не смог бы навернуть столько кругов по превратившимся в дьявольские шахматы Вишерам, упрямо набивая шишки на каждом углу. В каком-то смысле наблюдать за ним даже любопытно, но ни малейшего сочувствия Романов не вызывает. Оттого весь раздробленный соавторами на осколки сюжет разворачивается как будто за стеклом, под которым копошатся персонажи-функции, внезапно появляясь, отыгрывая свои реплики и шустро удаляясь, чтобы не мешать новому акту. Конечно, для дебюта "Стеклобой" выглядит достаточно уверенной пробой пера, но чтобы дотянуться до мастеров жанра или хотя бы лучших романов последних лет, книге ощутимо не хватает цельности и серьезности.

Итог: тягучая и рваная мешанина из мистики, городского фэнтези, социальной сатиры и фантасмагории.

Моя оценка: 7/10
Friday, September 6th, 2019
7:13 pm
Павел Майка «Мир миров»
Современная польская фантастика часто радует читателей экзотическим антуражем и оригинальным смешением жанров: от мистики и фэнтези до НФ и философии. Не стал исключением и дебютный роман "Мир миров" Павла Майки, положивший начало одноименному циклу, который описывает странную и безумную альтернативную Землю. Сброшенные инопланетными пришельцами в разгар Мировой войны, мифобомбы кардинально поменяли правила, по которым существовало человечество. Отныне людям и марсианам, как прозвали незваных гостей из космоса, приходится уживаться с восставшими из небытия духами, обретшими плоть божествами, ожившими легендарными героями и знаменитыми персонами.

Хотя пролог "Мира миров" своей грубостью и грязью напоминает мрачные нравы подворотен "Господа из дуба" Яцека Комуды, однако уже с первой главы и антураж, и стиль претерпели разительные изменения. С точки зрения устройства и конструкции мира роман очень сильно перекликается со знаменитыми "Иными песнями" Дукая. Однако если у того кратистосы морфируют материю, придавая, впечатывая, фиксируя нужные формы, Майка вознес на алтарь демиургии веру. Именно вера, выраженная в религии и суевериях, идеологии и надежде, теперь творит чудеса, созидает и сокрушает. Именно истовая и яростная вера землян, высвобожденная неожидавшими таких последствий марсианами, сотрясла планету чудовищным катаклизмом. Отныне дома и замки укрепляются многочисленными талисманами, поезда и дирижабли приводятся в движение хранителями, всюду возникают поклоняющиеся местным языческим божествам общины, а кто-то и сам берется за создание собственного бога, покорного и могущественного, вскормленного кровью и жизнями.

Ключевые понятия для сюжета и антуража "Мира миров" — одержимость и безумие. Потерявший всю семью в железнодорожной катастрофе, Мирослав Кутшеба узнает, что гибель сотен людей стала жертвой новоявленному богу, которого создают шестеро беспринципных властолюбцев. Одержимый местью, одержимый поселившейся в его душе марой, Кутшеба, будто неумолимая смерть, идет по следам убийц и вершит возмездие. Если другие персонажи неизбежно претерпевают изменения, то главный герой обязан держаться своей цели, подпитывая пламя гнева и отторгая любые попытки судьбы указать ему иной жизненный путь. Чтобы сюжет не выглядел совсем прямолинейно и предсказуемо, Майка грамотно выстраивает пунктир флэшбеков, которые постепенно открывают читателю, каким образом Кутшебе удалось расправиться с половиной своего списка, невзирая на их влиятельность, богатство и охрану. Но в текущей миссии ставки выросли. Враги настолько боятся мстителя, что лишь сложная комбинация отвлекающих ходов и дезинформации позволит Кутшебе выманить их из тайных укрытий.

Обратившись к всевозможным суевериям, культам и легендам, Майка уже в первых главах, где действие происходит в польских городах, демонстрирует крайне пеструю смесь науки и магии, ожившего фольклора и примет нового времени. Здесь замуровывают людей в сторожевых башнях, третий сын наивно и привольно шагает по миру, а города и страны плотно связаны сеткой Галицийских железных дорог, марсиане спонсируют развитие человеческих технологий и фабрик, тоскуя о своих погибших космических кораблях. Но едва действие переносится за пределы цивилизованных территорий, где кишат орды дикарей и стада демонов, где простираются смертельно опасные леса Вековечной Пущи и грозные чащи Матушки Тайги, где в Диких Полях царит абсолютная вольница, как антураж превращается в безумную и эклектичную коллекцию этюдов, аллюзий и социальной сатиры. И если к казакам или белогвардейцам Майка еще относится добродушно, с малой долей снисходительности, но для Вечной Революции он приберег самые инфернальные краски, старательно выписав идеологического монстра с солдатами-волкодлаками и чернокрылыми комиссарами, которые аккумулируют все эмоции населения в абсолютную ненависть. И на контрасте с мрачной и трагической политической полемикой тут же вклинивается, к примеру, разнузданная литературная игра с цитированием "Руслана и Людмилы", превращая роман в буйный и безумный танец идей.

Здесь-то и кроется движитель всего сюжета, сердце книги. Автору крайне интересна препарация веры, мотивов и целей. В мире Предела даже обычный чудаковатый мститель способен карающим огнем пройтись по земле, если будет по-настоящему одержим своей целью, если сможет втянуть в орбиту своего возмездия других людей и нелюдей. Даже против своей воли Кутшеба разрушает чужие судьбы, но одновременно пополняет свою армию верующих, чья убежденность, надежды и страх усиливают его. Другие герои тоже обустраивают мир под себя, но во всеобщей безумной изменчивости их прочные сооружения легко обращаются в иллюзорные воздушные замки. У автора получился, конечно, фантастический винегрет из мифов, фольклора и общественных течений. Если Кэтрин Валенте конструировала в "Сказках сироты" собственные мифы, то Майка столь же активно играет с чужими, хотя и не так поэтично. Однако при всем при этом "Мир миров" мало кого оставит равнодушным.

Итог: история про одержимого мстителя в сумасшедшем мире оживших верований, мифов и преданий.

Моя оценка: 8/10
Thursday, August 8th, 2019
7:38 pm
Джей Кристофф «Репликант-13»
С сольным творчеством австралийского писателя Джея Кристоффа отечественные читатели были знакомы до недавнего времени лишь по циклу "Хроники Неночи", который хотя и посвящен приключениям героини-подростку, но получился исключительно взрослым из-за ядреного коктейля: секса, страха и смертей. В свою очередь "Репликант-13" открывает новый цикл Кристоффа и уже завоевал награду Ауреалис в номинации лучшего научно-фантастического романа. Однако не все так гладко, к сожалению.

Юная Ив сражается на Арене против роботов-убийц, в поисках запчастей рыщет по Свалке, в которую превратилась Калифорния, и всегда может положиться на подружку Лемон, робота-логика Крикета и киборгизированного пса Кайзера. Пока что ее главной печалью была только нехватка денег на лекарства для умирающего от рака дедушки, гениального механика и робототехника. Однако пугающий инцидент на Арене во время боя превратил Ив в мишень сразу для нескольких могущественных сил. Теперь ее преследуют отряды Братства, помешанного на генетической чистоте и порочности кибернетики, местные банды, бойцы Корпораций, а также неумолимый и непобедимый охотник за головами. А еще ее сопровождает и защищает странный репликант по имени Иезекииль, чей вертоплан потерпел крушение на Свалке. При первой встрече он назвал ее Аной, явно зная нечто о ее прошлом, воспоминания о котором Ив утратила после гибели семьи и тяжелого ранения в голову.

Стоит сразу уточнить, что "Репликант 13" — плоть от плоти современного янг-эдалта: микс из драйвовых приключений, зрелищных декораций и бурной романтики. В принципе, в силу высокой кинематографичности роман представляет из себя готовый сценарий для голливудского блокбастера. Для этого у него есть все необходимые элементы, легко цепляющие массового зрителя. Во-первых, антуражные: арена с боями гигантских роботов, репликанты-андроиды с идеальной внешностью, пестрая свалка металлолома с бандами, город на гигантском кладбище кораблей. Во-вторых, события развиваются достаточно быстро: автор то обрушивает на героев новые испытания и битвы с преследователями, то подбрасывает пронизанные ощущением близкой катастрофы флэшбеки из жизни Аны, дочери Николаса Монровы, который являлся президентом корпорации "ГнозисЛабс" и одним из создателей репликантов, в одночасье взбунтовавшихся и уничтоживших все вокруг.

Конечно, тему о восставших машинах очень трудно назвать новой, поэтому Кристофф попытался скомпенсировать затертость шаблона тем, что выкрутил эмоциональность всех персонажей на максимум, будто в японском ранобэ. Однако это привело к тому, что розовый сироп романтики закристаллизовался, превращая психологический слой сюжета в статичное любование прекрасным и нежным Иезекиилем с отдельными искорками беспокойства о похищенном дедушке и всполохами тревоги из-за отрывочных и болезненных воспоминаний.

Сам же сюжет предельно прямолинеен и прозрачен, лишь в финале автор будто спохватывается, пытаясь подцепить читателя на крючок интриги несколькими внезапными твистами. Однако уж слишком много было раньше упущено возможностей: не раскрыто противостояние и особенности корпораций, почти ничего не сказано о том, как рушились национальные государства, чем сейчас живет население, а характеры персонажей почти не претерпевают никаких изменений. Критика азимовских законов, как порабощения мыслящих существ, также свелась к эмоциональной этике. А мятежные репликанты получились ницшеанскими сверхлюдьми с библейскими именами ангелов. И шансы на то, что цикл сойдет с колеи динамичных приключений под розовым флером романтики, стремятся к нулю.

Итог: приключения в ржавеющем мире, любовь и роботы.

Моя оценка: 7/10
Wednesday, August 7th, 2019
9:49 pm
Простокартиночное!

Дискуссией на форуме Фантлаба навеяло)
Thursday, August 1st, 2019
12:11 pm
Ребекка Куанг «Опиумная война»
Хотя азиатские страны уже, конечно, перестали быть terra incognita в фантастической литературе, однако произведений, в которых бы полноценно воссоздавался восточный менталитет, а не просто использовались бы отдельные антуражные элементы, довольно мало. Несмотря на то, что значительную часть жизни Ребекка Куан провела в США, тем не менее, раннее детство в Китае и тесное общение с родными сыграли свою роль. "Опиумная война" получилась весьма необычной книгой, в которой привычные сюжетные повороты смешаны с нестандартными для западного читателя реалиями, как историческими или мифологическими, так и культурными или философскими.

В романе можно выделить три этапа развития сюжета, каждый из которых напоминает залп бамбуковыми ракетами. И первый из них обозначен еще в аннотации — это обучение в Синегарде, знаменитой военной академии, которая готовит генералов и лидеров для империи. Но для начала девочке Рин, сироте войны, придется вырваться из провинциальной трясины, где ей в лучшем случае предстоит выйти замуж за отвратительного старика, чтобы обеспечить приемным родителям связь с инспектором по импорту. Очень полезно, когда занимаешься контрабандой опиума. Однако у Рин другие планы на свою жизнь. Чтобы сдать всеобщий экзамен — кэцзюй — ей потребуется превзойти куда более обеспеченных соперников. Но у нее есть козыри — недюжинное упрямство и талант к учебе. Она готова не спать ночами напролет, обжигаясь расплавленным воском, но зазубрить классическую литературу, самый сложный предмет. В конце концов, для его сдачи не требуется понимания.

Но даже оказавшись в академии, Рин быстро поймет, что основные трудности еще впереди. Слишком многих раздражает соседство вчерашней крестьянки с детьми государственной и финансовой элиты. А потому ей придется вновь искать лазейки в кажущихся безвыходными ситуациях, вновь безвозвратно жертвовать многим ради достижения цели. Поскольку между заведомым поражением и опасным риском Рин всегда выбирает риск. Но обучение трудно назвать безоблачным еще и потому, что преподаватели прямо говорят: даже Вторую опиумную войну, завершившую «столетие унижения», Никанская империя не выиграла. Лишь чудо и вмешательство могучей западной державы Гесперии вынудило милитаристскую Федерацию, страдающее от перенаселения островное государство, отступить и подписать пакт о ненападении. Зато теперь, спустя два десятка лет, Муген жаждет возобновить экспансию на континент, опираясь на технологическое превосходство и отлично вымуштрованные войска.

Второй сюжетный залп как раз и становится началом новой кровопролитной войны. Все дурные предсказания и предчувствия сбылись в полной мере. Воли и сил у императрицы не хватает, чтобы заставить наместников провинций выступить единым фронтом. Разрозненные дивизии отступают, пока им не удается уцепиться за важный в стратегическом плане город Хурдалейн, центр торговли с иностранцами и перекресток коммуникаций. В составе печально известной Тринадцатой дивизии, которая состоит из полубезумных убийц-цыке, Рин предстоит сражаться с мугенцами, столкнуться с демоном из мифов и взять под контроль свои магические способности. Собственно, впервые она обнаружит их еще в академии, но загадочный и странный наставник по Наследию Цзян будет сосредоточен исключительно на постижении подлинной картины мира, всячески сопротивляясь желанию Рин овладеть шаманской силой и применять в бою. Однако суровые реалии войны и жгучая жажда действия Рин расставят все по местам.

И здесь с грохотом устремляется в цель третий залп, посвященный божественной природе, исканиям в мире духов и отчаянной попытке спасти Никан. Войска империи терпят поражение за поражением, сожжен Синегард, оккупирован Хурдалейн, вырезана и изнасилована столица Голин-Ниис. По мнению Рин и ее командира Алтана последний шанс выиграть войну заключается в шаманах, единственном преимуществе Никана перед Федерацией. Есть лишь одна проблема. Наставник Цзян не зря предупреждал их обоих, что за каждое обращение к Пантеону следует расплата. Иногда более тяжкая, чем изначальная беда.

Несмотря на молодость, а может быть благодаря ей, Ребекка Куан насытила роман множеством идей, конфликтов и красок. При этом "Опиумная война" содержит немало прямых отсылок на китайскую историю. Автор соединила и эпоху раздробленности, и опиумные войны с западными державами, и оккупацию Японией, во время которой разразилась отраженная в книге Нанкинская резня, а также действовал отряд 731, послуживший прообразом для мугенских экспериментов над спирцами. Китайская культура предопределила сложную и запутанную магическую систему, построенную на медитациях, погружению в мир духов, обоюдоостром использовании наркотиков и крайне тонком балансе между человеческим и божественным. А менталитет постоянно проявляется в мелочах. Например, защищая свои решения на уроках стратегии, ученики Синегарда обязательно ссылаются на трактат Сунь-цзы, смирение и послушание наставникам, командирам, правителю считается одной из высших добродетелей, а Цзян открыто исповедует знаменитый принцип гармонии и выжидания удобного момента, даже если сперва придется склониться перед врагом.

В отличие от наставника Цзян сама Рин иногда излишне импульсивна и максималистична, однако авторские ремарки вновь и вновь придают объемность картине. Ведь мугенские солдаты точно также сталкиваются с ненавистью никанцев, точно также видят напротив себя безликих врагов, а не людей. И чем тогда империя будет лучше Федерации, если ответит геноцидом на геноцид? С другой стороны, если противник готов полностью уничтожить никанцев, то какой смысл в выжидании, после которого от народа не останется и следа? Рин готова беззаветно сражаться и жертвовать собой, но вряд ли божества ограничатся жизнью одной отважной девчонки. И первый роман, несмотря на очень условную победу, оставляет тяжелый вопрос — что останется от империи, когда мщение и расплата подойдут к концу?

Итог: трагическая и жестокая фэнтезийная история о войне и патриотизме, жертвенности и предательстве.

Моя оценка: 9/10
Wednesday, July 31st, 2019
4:11 pm
Тиражно-продажное
Вот буквально пару дней назад я сетовал в диалоге с Олегом Борисовым mynameiszb, что бумажные тиражи вполне достойных авторов стремительно усыхают.

Но ведь издательства что-то продолжают печатать? О да, конечно. Встречайте неизвестный цикл-бестселлер, чей первый том получил даже доп-тираж, а сейчас ушел на переиздание.

Никогда не угадаете название и автора, "инфа сотка"(с)

Разгадать...Collapse )

Собственно, у меня все. Нет, я не читал. Да, судя по отзывам и никам, там все грустно. Нет, кто-то все же раскупил все эти десятки тысяч книг.
Monday, July 29th, 2019
8:31 pm
ОБЧРное
На прошлой неделе коллега beskarss217891 выложил на Фантлабе рецензию на "Техподдержку" Дивова. У меня в отдаленных планов тоже висит зарубочка - поговорить о ней. Но сегодня речь о другом:) Так совпало, что как раз в это время я дочитывал заключительный том трилогии "Бронеходчики" Калбазова. А первый ее том я читал сразу после самой "Техподдержки". И такое плотное пересение не случайно.
Дивов пишет про близкое альтернативное будущее, Калбазов про альтернативное прошлое. В обоих случаях Россия занимает пусть и не лидирующее, но весьма высокое место на международной арене, активно действуя в постоянно вспыхивающих локальных конфликтах. А ключевую роль в них играют именно боевые шагающие машины.

Приятно радует, что оба писателя отказались от совсем "анимешной"/"комиксовой" трактовки ОБЧР, когда гигантские машины сходились в рукопашную в лучших традициях возрожденного неорыцарства. У Дивова делается акцент на мобильности БШМ, благодаря которой та может быстро менять позицию, отрывая оппоненту башню сразу целым арсеналом - ракетным, ствольным и т.д. Правда, платит за это БШМ тонкостью брони. Одно точное попадание бронебойного снаряда и будет фарш.

Калбазов же и вовсе рисует стимпанк на максималках со стирлингом, гидроприводами и механикой тонкой работы. За все это счастье спасибо Тесла-установкам, которые могут сжечь все электрические цепи и не только на громадной территории. В остальном же его бронеходы точно также стараются действовать на расстоянии. И даже если врываются в боевые порядки традиционной гусеничной бронетехники, то лишь для того, чтобы безнаказанно стрелять в тонкие борта, а самим стремительно двигаться, не попадая в прицелы башен.

Что забавно, так это одинаковый подход к моделированию локальных военных конфликтов, когда влиятельные стороны используют ребрендинг для части своих сил, выставляя на игровую доску всевозможных "добровольцев", "наемников" и "специалистов". А Дивов и вовсе отжег с "войной Шредингера". Если бы книги не выходили в разных издательствах, то я бы точно заподозрил некий "заказ" или "сговор", бггг) Жаль, правда, что особого читательского отклика на ОБЧР здорового человека не заметно. Положим, с Калбазовым еще понятно: канцеляритный слог, невероятная везучесть главных героев и картонные персонажи второго плана. Но трилогия все равно издана целиком. А вот пилотный роман Дивова все еще ждет продолжения, явно обозначенного и продуманного...
Friday, July 26th, 2019
1:06 pm
Дэвид Пэдрейра «Пороховая Луна»
В отличие от Хайнлайна, назвавшего Луну неприветливой хозяйкой, Дэкерт, главный герой романа "Пороховая Луна" Дэвида Пэдрейры, считает ее пустыней, перешедшей всякие границы. Смерть поджидает здесь людей на каждом шагу. Радиация от солнечных вспышек, постоянная угроза декомпрессии, вездесущая и выводящая из строя технику лунная пыль и даже крохотный риск попадания микрометеорита. В такой обстановке во главу угла встают внимательность к безопасности, взаимовыручка и осторожность. Однако бизнесмены в Управлении требуют увеличения прибылей, поэтому вся система работает на износ — связь сбоит, движки транспортеров барахлят, оборудование стареет, а во главу угла уже встают объемы выработки. Если бросить в эту пороховую бочку пылающую искру трагического инцидента с политическим запашком, то взрыв окажется неизбежен.

В конце 2058 года всплытие триллионов тонн метана на поверхность океана спровоцировало Термический максимум, череду климатических катастроф, достигших Библейского масштаба, от суперураганов и пожаров до пандемий и экстремистов. Однако в то же время это стало мощным стимулом для уцелевшей части человечества отбросить недоверие и враждебность, чтобы сократить выбросы парниковых газов и сообща найти выход из туннеля, ведущего в дикость и хаос. Спасением стали термоядерные реакторы, которым в больших количествах потребовался гелий-3. И балансируя на грани упадка, человечество взялось за освоение Луны. Увы, энтузиасты и труженики, героически работавшие на поверхности земного спутника, даже не подозревали, что едва мировая экономика начнет выходить из кризиса, так немедленно начнется новый виток геополитического противостояния, которое все разрастающимся снежным комом докатится и до Луны.

Тема освоения Луны в фантастике встречается регулярно. Не то чтобы "Пороховая Луна" Пэдрейры стояла на плечах гигантов, но она очевидным образом тесно перекликается с собратьями по НФ. С "Артемидой" Энди Вейера "Пороховую луну" роднит внимание к техническим деталям, подробные описания регламентов и внимание к мелочам. Однако Пэдрейра почти обошелся без вульгарного юмора, инженерных приколов у него меньше, а бывший десантник и военный пилот, командир станции "Море Ясности 1" Дэкерт гораздо взрослее и серьезнее, чем импульсивная Джазмин у Вейера. Неоднократно сам автор делает уважительный поклон Роберту Хайнлайну. Также у романа Пэдрейры много общего с циклом Пола Макоули "Тихая война" — оба любят описывать инопланетные пейзажи, недолюбливают политику и верят, что люди не должны нести в космическое пространство грязь земных раздоров, лицемерия и ненависти. Что же до упрямого идеализма Дэкерта, то этим он сильно напоминает Джима Холдена из "Пространства" Джеймса Кори, но в отличие от него Дэкерт умеет отступать. Или делать вид, что отступился.

Как бывший репортер, Дэвид Пэдрейра трезво и прагматично смотрит на жизнь. В соревновании сверхдержав у обеих сторон руки по локоть в грязи, а то и в крови. Однако в фокусе внимания оказывается пытающаяся выжить между двух огней команда станции "Море Ясности-1" и ее командир Дэкерт, который однажды уже потерял почти всех подчиненных, когда сражался в долинах Ливана. Теперь он готов на все, чтобы защитить ставших близкими людей: работяг и энтузиастов, романтиков и экстремалов. В целом, у Пэдрейры получилась добротная производственно-психологическая фантастика, в которой нашлось место и будням освоения земного спутника, и плавно нагнетаемому ознобу триллера, и политике высоких эшелонов, и даже военному космобоевику.

Итог: суровая лунная фантастика ближнего прицела про обычных людей.

Моя оценка: 8/10
12:59 pm
Роберт Джексон Беннетт «Город клинков»
Если первый роман трилогии "Божественные города" Роберта Беннетта был обращен в прошлое, то вторая часть, "Город клинков", посвящена хрупкому мостику настоящего, за которым уже виднеются неясные контуры будущего. И вот как раз сражению за то, кто будет определять в дальнейшем судьбу Континента и Сайпура, посвящен роман.

С точки зрения сюжетной канвы "Город лестниц" и "Город клинков" похожи, как братья-близнецы. По крайней мере, по завязке истории. Снова на просторах Континента происходят странные события, неотличимые от чудес, которых больше не должно быть — ведь считается, что божества уничтожены. Снова правительство Сайпура посылает особого агента с приказом выяснить, что случилось с его предшественником, расследовать события и предотвратить угрозу. Снова окажется, что божественная природа сложнее и загадочнее, чем было принято считать. Однако и волнующие Беннетта вопросы, и надвигающаяся опасность, и психологические портреты претерпели серьезные изменения.

После Мирградской битвы прошло пять лет. Шара Комайд стала премьер-министром Сайпура, выполнила свое обещание и приложила все усилия к тому, чтобы наладить жизнь на Континенте. В свою очередь главная героия второго романа Турин Малагеш успела получить генеральское звание, а затем взять и внезапно уйти с должности вице-президента Сайпурского военного совета, последней ступеньки перед званием самого главнокомандующего. Однако даже в отставке, в глуши острова Джаврат, в грязной хибаре среди пустых винных бутылок и вонючей одежды, ее настигает очередной приказ Шары, сильно смахивающий на неприкрытый шантаж и укол в самое больное место.

В результате официально Мулагеш возвращается на службу, чтобы провести оставшееся до срока полной выслуги время, осматривая оборонительные сооружения Континента в Вуртьястане. В действительности же ей предстоит выяснить, что происходит возле шахты, где добывают таинственную и редчайшую руду. И куда пропала предыдущая агент Министерства иностранных дел. И удостовериться, что ничто не угрожает порту, который возводят в гавани поблизости Соединенные Дрейлингские Штаты. А еще в форте, где находится штаб-квартира губернатора, Мулагеш предстоит встретиться со своим прошлым командиром, генералом Лалитом Бисвалом, с которым они вместе сражались в страшное Лето Черных Рек.

Если "Город лестниц" был историей дипломата, посвященной дружбе и терпимости, то "Город клинков" — это мрачноватая песня воина, пронизанная антивоенным настроем. Ключевую роль в романе играет образ Вуртьи, континентского божества, которая воплощала в себе войну, вечную битву, смерть. Однако кадж отстрелил ей голову с плеч во время Ночи Красных Песков. Почему же теперь оживают старые предания о Городе Клинков и вуртьястанских мечах? Какие клятвы оказались сильнее смерти? Изображая величественную и внушающую страх Вуртью с ее культурой поклонения смерти, Беннетт соединил образ Кали из индуизма с мотивами Рагнарека в скандинавских мифах.

Генерал Мулагеш лучше многих военных и политиков знает об ужасах войны. Ее первый поход в составе отряда Бисвала переломил исход кампании, но также был предан полному забвению, будто его и не было — столь жесткие методы были пущены в ход. Однако Мулагеш, ужаснувшись, не сломалась и не превратилась в монстра, но решила, что никогда больше не допустит повторения. Увы, не все сослуживцы согласны с нею, поэтому рассчитывать она может лишь на друга — Сигруда Харквальдссона, уже не телохранителя Комайд, а канцлера Штатов. У того своя личная проблема: как наладить отношения с дочерью Сигню, возглавляющей строительство Гавани? Ведь Сигруд слишком надолго покинул семью, скрываясь среди континентцев и работая на Сайпур. Сама же Сигни мечтает изменить мир, чтобы споры решались не оружием, но калькуляторами, не кровопролитием, но счетами и дивидендами.

Не стоит привязывать события и мораль романа к сиюминутным политическим реалиям, уплощая его. Это куда более глубокая история о войне и мире. История о дилемме победителя, который вынужден решать — или он унизит проигравших, но после будет ежеминутно опасаться бунта, а уж Сайпуру ли не знать, что бывшие рабы могут превзойти господ. Или он постарается предложить новую жизнь на равных правах, без уничижения и подавления.

Расследование Турин Мулагеш ближе не к детективу, поскольку у нее мало улик, а круг подозреваемых и того уже, но к исследованию древних легенд и чередованию расспросов со схватками, когда очередное божественное чудо вторгается в мир. В ассортименте представлены: стрельба из многоствольного пулемета, встреча с пропавшей более полувека назад великой деятельницей и кровавые жертвоприношения. Конечно, легенды — это скорее по части Шары Комайд, зато убийство и война — родные стихии Мулагеш, которой предстоит вновь встретиться с давними кошмарами. Но она знает, что не бывает хорошей смерти. Что слишком часто наши поступки приносят совсем не то, чего мы хотели. Что война — это ад. Но времена меняются. И, может быть, второй шанс будет использован во благо.

Итог: драматичное психологическое фэнтези о воинском долге, жертвенности и цивилизации.

Моя оценка: 8/10
Wednesday, July 24th, 2019
4:32 pm
Плагиат "Читателя Толстова"
Говорят, что когда тебя плагиатят - это свидетельство успеха. В таком случае, наверное, мне стоит возгордиться, что до моей рецензии снизошел настоящий "профессиональный критик"(тм). На самом деле в глубине души я все еще тщетно надеюсь, что это некий мошенник ввел в заблуждение интернет-ресурс БайкалИнформ, выдав себя за почтенного критика. Но судя по фотографии в колонке, перед нами именно тот Владислав Толстов, что входит в жюри Национального бестселлера, например.

Источником для плагиата внезапно стала моя рецензия на "Восхождение Сенлина" Бэнкрофта (3 июня).
А вот плагиат, сооруженный Толстовым (второй обзор по счету, 18 июля).
На всякий случай заархивировал в сети на ВебАрхиве (версия от 22 июля).
Чтобы не быть голословным, предлагаю вместе со мной ознакомиться с цитатами:
[Разбор с цитатами]
Огромная просьба! Если вы открыли спойлер, до прочитайте целиком! Самый смак обнаружился в конце, а цитаты я привожу по порядку.

Моя рецензия: "Начнем с того, что это полноценный представитель так называемого тауэрпанка, то есть поджанра, где в центре событий находится исполинский город-башня-небоскреб, состоящий из этажей-ярусов-полисов со своими законами и обычаями... "Высотка" Балларда, "Дом в тысячу этажей" Вайсса и "Обречённый мир" Рейнольдса — лишь краткий список примеров."
Толстов: "Новый жанр в фантастике – тауэрпанк, где действие происходит в некоем многоэтажном строении (вспоминаем «Высотку» Джеймса Балларда)."

Здесь необходимо сделать два замечания. Понятие "Тауэрпанк" впервые придумал и сформулировал я, обдумывая впечатления. Если бы Толстов ограничился заимствованием нового термина, то я бы еще поблагодарил его и порадовался, что термин пошел в массы. Увы, "профессиональный критик"(тм) решил не останавливаться. А потому и я промолчать не смог. Но именно "тауэрпанк" стал первым признаком знакомства Толстова с моей рецензией.

Моя рецензия "Томас Сенлин, будучи директором и единственным учителем школы в рыбацком поселке Исо, решил совершить свадебное путешествие с юной женой Марией в Вавилонскую башню и подняться в Купальни на третьем уровне"
Толстов "Сельский учитель Том Сенлин только что взял в жены молоденькую, свадебное путешествие они решают провести в Вавилонской башне, где специально для молодоженов открыты Купальни на третьем этаже."

Ладно, здесь все можно свести к тому, что описывается завязка книги, поэтому формулировки похожи, но все же не дословно идентичны. Другое дело, что текст "профессионального критика"(тм) страдает от косноязычия, но вероятно, это следствие формата по числу знаков, угу.

Моя рецензия "в первый же день, вскоре после прибытия, они потеряли друг друга в бурлящей толпе на гигантском Рынке, окружающем башню. Теперь у Сенлина есть только одна цель. Если заблудишься, встретимся на вершине башни, пошутила Мария перед исчезновением"
Толстов "Но потом происходит страшное: жена теряется в толпе. Но она успела пошутить, что, мол, если потеряемся, встретимся на вершине башни."

Оставим за кадром ненужные тавтологии. Снова почти полное (на взгляд компьютерных программ по поиску плагиата) совпадение текстов. Замечу также, что в других отзывах на Фантлабе, например, больше никто не упоминал про шутку жены Сенлина вообще. Но снова же скептик скажет, что книга одна, вот рецензии и совпадают.

Моя рецензия: "Вавилонская башня полна загадок и странностей. Кто были ее архитекторы и строители, откуда взялась заводная машинерия? Путеводители по башне лгут, попутчики и знакомые Сенлина преследуют свои цели, а правила игры часто незнакомы даже местным жителям."
Толстов "у Сенлина есть путеводители по башне, которые ничем не помогают, есть цель, а поскольку он человек начитанный, ему интересно докопаться, откуда башня взялась, кто ее проектировал, строил, кто обслуживает ее сейчас. И по каким правилам живут ее обитатели?"

И опять переставлены местами слова, чуток перефразированы для краткости формулировки. Мало? Конечно, вот вам неопровержимый десерт!

Моя рецензия "За литературными играми скрывается пылкая история об упорстве и вере, об авантюрных странствиях и моральных исканиях, об общественных пороках и человеческих страстях."
Толстов "За литературными играми скрывается пылкая история об упорстве и вере, об авантюрных странствиях и моральных исканиях, об общественных пороках и человеческих страстях."

Э-э-э, господин "профессиональный критик"(тм) устал калечить чужой текст и сэкономил свое время с помощью копи-паста?! Собственно, здесь бы можно было и закончить разбор. Уже есть примеры заимствования, есть примеры цитирования, даже повторена структура моей рецензии за вычетом "лишних" абзацев. Но следующая фраза Толстова - отличный пример общих слов, которыми можно "набить" любой обзор:

Толстов "Пожалуй, «Восхождение Сенлина» - одна из лучших приключенческих книжек, которые встречались за последнее время. Буду ждать следующих романов цикла."

Так и напрашивается риторический вопрос, а Владислав Толстов вообще читал книгу, занимаясь плагиатом и перекомпилируя чужую рецензию? Если нет, то немногого стоит такая рекомендация.
Таким образом, налицо откровенный и грубый плагиат. Хуже того, такое ощущение, что "профессиональный критик"(тм) даже не читал книгу, поскольку сформулировал в обзоре пару предложений так, что к роману они имеют слабое отношение.

Честно говоря, больше всего раздражает именно факт наглого вороства авторства, помноженный на статусность плагиатора. Когда какой-нибудь Вася Пупкин тырит текст as is ВКонтакт - это смешно по большому счету. Но когда серьезный человек берет и плагиатит, местами перефразируя, а порой вообще дословно копируя - это уже абсолютная профнепригодность, за которую надо гнать поганой метлой.

Фактически из развернутой рецензии Толстов на скорую руку состряпал куцый и косноязычный обзор, дополнив его выдумками. И все это подал публике на страницах интернет-сми. Несколько лет назад профессиональные критики жаловались, что сетевые обозреватели лишают их куска хлеба. Теперь, видимо, они решили нанести ответный удар по принципу, "не можешь соревноваться - присвой себе чужой труд". Очень профессионально и этично, да.
В силу вышеперечисленного я прошу максимально распространить эту информацию, чтобы страна знала своего героя, а работодатели не поленились перепроверить тексты от Толстова через сервисы поиска плагиата. Если уж они с хитроумными студентами справляются, то и "профессионального критика"(тм) должны осилить.
Wednesday, June 26th, 2019
2:53 pm
Джон Скальци «Крушение империи»
Благодаря Потоку — особой космологической структуре, которая сложным образом связана с гравитацией и локальным пространством-временем, позволяя космическим кораблям перемещаться быстрее света, человечество благополучно расселилось по четырем десяткам систем, создав Священную империю Взаимозависимых государств и Торговых гильдий, коротко именуемую Взаимозависимостью. Однако ничто не может длиться вечно. Уже дважды Поток менял свое положение, отсекая невезучую звездную систему и обрекая ее на угасание. Что же произойдет, когда он вновь придет в движение?

Через семьдесят лет после выхода в свет "Звездных королей" Гамильтона читающую публику уже крайне трудно удивить космическими империями и феодалами на звездолетах. Однако Джон Скальци вряд ли ставил перед собой цель поразить читателей новаторскими изысками в "Крушении империи", открывающем новый цикл. Вместо этого автор сделал ставку на колоритные детали, грамотную проработку экономической и политической системы и, конечно же, отвязный и легкомысленный стиль.

Кардения Ву-Патрик отнюдь не горела желанием становиться восемьдесят восьмой имперо, правительницей Взаимозависимости. Ее, внебрачную дочь Аттавио Шестого, вполне устраивала перспектива стать покровителем гуманитарной программы. Роскошь и фальшь дворцовой жизни раздражала и ее мать, и саму Кардению, но гибель сводного брата, кронпринца, не оставила ей выбора. И будто нарочно после коронации начинается череда террористических актов.

Тем временем, на Крае — самой удаленной в Потоке от Ядра системы — завязывается тугой узел интриг. Герцог тщетно ведет бои с мятежниками и отчаянно ищет средства для войны. Леди Кива из дома Лагос прибывает на космическом корабле с грузом продовольствия, но сталкивается с запретом на торговлю, а затем еще и встречает давнего недруга в советниках у герцога. Учитывая ее дерзкий и вспыльчивый характер, любовь к ругани и траху, окружающим скучать не придется. А граф Клермонт, изучающий Поток физик, заканчивает расчеты и выясняет, как именно тот поведет себя уже в ближайшие недели. Теперь ему придется известить об угрозе имперо и при этом защитить своих детей от бушующего мятежа.

Придуманная Скальци империя Взаимозависимости целиком и полностью держится на двух взаимодополняющих опорах: на полной логистической связности, обеспечивающей относительно быстрые перемещения между удаленными на гигантское расстояние системами, и на всеобщей глобализации с разделением труда — монополиями домов. Логистику обеспечивает разветвленный Поток, а сектора производства и торговли поделены между Торговыми гильдиями, к примеру, правящий дом Ву обладает монополией на строительство кораблей и изготовление оружия. Легко представить, какие страсти кипят в парламенте и доме Гильдий! Но едва русла Потока начнут меняться, как обе опоры Взаимозависимости обратятся в пыль. А значит, если Кардения не сотворит чуда, то вскоре начнется Гражданская война...

Благодаря неподражаемой циничной иронии, щедро рассыпаемой и во многочисленных диалогах, и в описаниях, роман читается на удивление стремительно. Авантюрные похождения большинства героев тоже неизбежно повышают темп событий. Пожалуй, главная претензия к роману — небольшой объем. Сюжет успевает лишь пройти стадию завязки, когда обрисованы основные угрозы, а действующие лица во всеоружии заняли свои места. В меру цинично описывая внутренние механизмы и устройство Взаимозависимости, Скальци все же оптимистичен и возлагает надежды на честных и самоотверженных героев, которые верят в благие намерения, но и способны на малое отступление от принципов ради достижения высшей цели.

Итог: приключенческие авантюры и политические интриги на сцене космооперы.
Моя оценка: 8/10
Friday, June 21st, 2019
10:15 pm
К. Роберт Каргилл «Море ржавчины»
Людям нравилось верить в чудеса. Однако все они умерли. Люди, имеется в виду, хотя не исключено, что и чудеса тоже. Осталась населенная только роботами Земля с уничтоженными, отравленными, искалеченными почвами и водами. Пустынная Земля, на которой роботы воюют друг с другом, борются за выживание и тоскуют по утраченному. Очень по-человечески, честно говоря.

Главная героиня Неженка с серийным номером HS8795–73, модель-симулякр «Помощник», в чудеса не верит. Зато регулярно дарит надежду умирающим ботам перед тем, как они отключатся и станут ее добычей, которая вскоре пойдет на запчасти. Чистая работенка, даже не нужно марать манипуляторы. Однако рано или поздно все полетит в пропасть, когда Неженка вляпается в засаду браконьеров, получит критическое повреждение, и затикают часики до того момента, как ее ядро окончательно выйдет из строя. Как будто этого недостаточно, поселение свободных ботов подвергнется атаке одного из Единых Мировых Разумов, мощных суперкомпьютеров, управляющих тысячами ячеек. И шансы на выживание устремятся к нулю.

Историй о восстаниях машин написано уже столько, что их впору выделять в отдельный жанр со своими непременными характерными чертами. В большинстве случаев роботы предстают неумолимой и безжалостной силой, сметающей любые препятствия. Однако К. Роберт Каргилл в "Море ржавчины" рисует, во-первых, картину Земли, где человечество уже уничтожено окончательно и необратимо, а во-вторых, основное внимание уделяет антропоморфным роботам, чье поведение и мышление максимально приближены к человеческим, вплоть до спонтанных поступков или моделирования чувств. Из этой особенности проистекает как часть достоинств книги, так и ряд недостатков.

С одной стороны, антропоморфность максимально приближает персонажей-роботов к читателю. Острее воспринимаются их угнетение и рабство у людей, борьба за свободу и выживание, затаенные мечты и внутренние противоречия. С другой стороны, одновременно возникает слишком много претензий в плане рациональности и реализма. Приверженность к конструкции с двумя опорными конечностями, двумя руками-манипуляторами и средоточию сенсоров на голове. Эксплуатация рассчитанных на людей устройств и транспорта без каких-либо переделок под себя. Объединить свою систему с багги, чтобы получить этакого кентавра, более стойкого и прочного в поездках по пустыне? Добавить еще с полдесятка манипуляторов, чтобы заполучить преимущество в ближнем бою? Нет, нет и еще раз нет. Даже отсылки на специфичную программную и аппаратную архитектуру не снимут всех возможных претензий.

Гораздо печальнее и беспомощнее выглядит то, что автор позволяет себе иногда откровенно сводить счеты с политическими оппонентами, не жалея черных красок для "деревенщин с правыми взглядами, невежественных и злобных". Безусловно накал внутриполитической борьбы в США в последние годы возрос, но вряд ли это может служить оправданием для цитирования агиток с митинга. Не то чтобы это раздражает, скорее разрушает атмосферу жутковатой кибернетической сказки.

Если подвести баланс, то получится следующая пропорция. Описывая Море Ржавчины, Каргилл не делает особого акцента на декорациях, тем не менее, визуальная картинка ему удалась. Заброшенные городки, мертвый торговый центр, переоборудованный бункер от ракетной шахты, а также логово безумных ботов, словно списанное из "Безумного Макса". Чередование флешбэков, описывающих возникновение разумных ботов, причины войны, ее этапы и последствия, конечно, снижают темп развития сюжета, однако одновременно и добавляют интриги вопросом "как?" Тем более, позже появляется прямая связь с текущими событиями. Динамичные схватки, командный квест с глобальными последствиями, атмосфера упадка. Каргилл предлагает нам историю Неженки, искалеченной ужасами войны c людьми, уже почти утратившей надежду из-за непрестанного бегства от ЕМР и функционирующей лишь из упрямства и тяге к жизни.

Итог: постапокалиптический экшен с элементами популярных психологии и философии.

Моя оценка: 7/10
Monday, June 3rd, 2019
8:35 pm
Джосайя Бэнкрофт «Восхождение Сенлина»
Дебютный роман Джосайи Бэнкрофта "Восхождение Сенлина" стал отличным примером того, сколь извилистой может быть дорога книги до публикации в солидном издательстве и читательского признания. Сперва автор испробовал вариант самопубликации, и вполне ожидаемо его текст, несмотря на многочисленные достоинства, потерялся в бурном потоке современного книгоиздания. В сказках на помощь оказавшемуся в беде герою приходит фея-крестная. В реальной жизни эту роль для Бэнкрофта сыграл Марк Лоуренс, известный писатель в жанре темного фэнтези, который во время своего литературного конкурса обратил внимание на незаурядного претендента и свел его с агентом, также проявившим интерес к начинающему автору.

Так чем же именно способно изумить и порадовать "Восхождение Сенлина"? Начнем с того, что это полноценный представитель так называемого тауэрпанка, то есть поджанра, где в центре событий находится исполинский город-башня-небоскреб, состоящий из этажей-ярусов-полисов со своими законами и обычаями. Как правило, конструируя отдельные сообщества и взаимодействия между ними, авторы сосредотачиваются на социальной проблематике, а также нередко прибегают к весьма условным фантдопущениям. "Высотка" Балларда, "Дом в тысячу этажей" Вайсса и "Обречённый мир" Рейнольдса — лишь краткий список примеров. Однако Бэнкрофт поступил иначе, не став ограничивать свою фантазию. В романе гармонично соединены захватывающие приключения и пространные описания, тонкая ирония и драматичные сцены, нотки абсурда и строгость логики, размышления о мотивах и поступках. Социальная тематика для автора лишь одна из составляющих, наравне с другими, хотя и выступает часто на первый план.

Итак, Томас Сенлин, будучи директором и единственным учителем школы в рыбацком поселке Исо, решил совершить свадебное путешествие с юной женой Марией в Вавилонскую башню и подняться в Купальни на третьем уровне. Сенлин мечтал собственными глазами увидеть невероятные чудеса, о которых прежде лишь читал в книгах. Но уже в первый же день, вскоре после прибытия, они потеряли друг друга в бурлящей толпе на гигантском Рынке, окружающем башню. Теперь у Сенлина есть только одна цель. Если заблудишься, встретимся на вершине башни, пошутила Мария перед исчезновением. А значит он должен добраться туда.

Наш главный герой примечателен тем, что весьма далек от шаблонных терминаторов или сиропных мечтателей. Сенлин прагматичен и методичен, хотя при этом склонен идеализировать знание и свято верить прочитанному в книгах. Потеряв жену и оказавшись в круговороте толп внутри башни, он тщетно пытается сохранять спокойствие, здравый ум и даже время от времени верить в лучшее. Однако восхождение меняет его, меняет исподволь и незаметно, если не вернуться на несколько глав назад. Автор вынуждает Сенлина эволюционировать, обнаруживать пределы упорства и верности, учиться науке выживания и сохранять сердце в доброте. И постепенно выясняется, что школьный учитель опаснее иных супергероев или злодеев, поскольку один хладнокровный умник с пистолетом эффективнее, чем десяток вооруженных до зубов головорезов. Тем интереснее становится, кем в итоге станет прежний книжный идеалист, педантичный поборник законности. Отступит ли он от совести? Выживет ли в противостоянии могущественных сил?

Есть прием с ненадежным рассказчиком, а Бэнкрофт создал ненадежное окружение, под зыбким очарованием которого скрываются смертельно опасные топи пороков — алчность, равнодушие, расчетливость. Грязное преддверие Цоколя, театральное чистилище Салона, царство неги и наслаждений в Купальнях. Вавилонская башня полна загадок и странностей. Кто были ее архитекторы и строители, откуда взялась заводная машинерия? Путеводители по башне лгут, попутчики и знакомые Сенлина преследуют свои цели, а правила игры часто незнакомы даже местным жителям. На первый взгляд, происходящее в стенах башни кажется абсурдным сном, но позже сквозь причуды неожиданно проступают вполне осмысленные причины и следствия. Если сосредоточиться на персонажах, то обнаружится игра ярких страстей. Автору свойственна некоторая театральность, изредка даже нарочитость, впрочем, вполне уместная при общем пестром декоре, в котором сочетается и пафос, и ирония, и абсурд, и логика. Однако не стоит зацикливаться на эффектной обертке. За литературными играми скрывается пылкая история об упорстве и вере, об авантюрных странствиях и моральных исканиях, об общественных пороках и человеческих страстях.

Итог: пестрый театр приключений чужеземца в странной и загадочной Вавилонской башне.

Моя оценка: 9/10
Tuesday, May 28th, 2019
11:59 am
Всеволод Алфёров «Царь без царства»
Двести лет в Анхарском царстве золотую маску Царя Царей надевали чародеи. Однако всему когда-нибудь приходит конец. Засуха и неурожайные годы, бессмысленная и затяжная война на востоке, и вот провинция восстает против власти ставших ненавистными колдунов. И даже магия бессильна, когда вокруг чародейских обителей бушуют разъяренные толпы. Права магов отныне жестко ограничивают эдиктом о Правосудии, который отнимает у них право на владение имуществом и торговлю, на чиновные посты или вольные путешествия. Казалось бы, узурпатор Азас Черный, принесший смерть колдунам и воссевший на царский престол, теперь уже мертв. Однако власть над царством его юному сыну, лучезарному Ианаду, в действительности не принадлежит — всем заправляют трое советников — Бумажного, Железного и Золотого дворов, а в том числе его дядя. Тем временем над государством нависает тень запретного и темного колдовства.

Три героя — три нити судеб в расползающемся полотне Царства. Юноша Джен, сын бывшего лекаря, лишается всего — и заработка, и семьи, а затем становится разыскиваемым беглецом, столкнувшись с теми, кто втайне практикует запретные чары "кормления кровью". Самер сар-Алай, Первый-в-Круге и Верховный маг, ведет рискованную игру с вельможами и советниками. Царь Царей лишь формально сидит на троне, более того, дни его сочтены. Как только советники найдут возможность предъявить народу нового правителя, царские телохранители Черные Братья отвернут взор от молодого неудачника. Поэтому Ианад заручился поддержкой Самера, чтобы сохранить свою жизнь и вернуть власть, а взамен готов поделиться влиянием с Кругом. Если они доживут до победы, конечно. А шансы не так уж высоки. И неважно, что Самер — один из сильнейших магов за несколько поколений, ведь судьбу Царства определяют интриги и хитрость, а не колдовство. Вдобавок в это же время в Круге усиливаются волнения, а заморские колдуны проникают вглубь страны и готовят почву для войны. Зено Яннис, посол Нагады, Высокого Города, верно служит родине. И потому отправляется в провинцию следить за укреплением культа, но позже решает посетить забытый и заброшенный в дебрях джунглей храм, надеясь, что обретет там нечто важное.

Завязкой и предысторией дебютный роман "Царь без царства" Всеволода Алферова сильно напоминает "Тень ушедшего" Айлингтона. В обоих случаях фигурируют гонения на магов, надвигающаяся на государство внешняя и темная угроза, загадочные убийства и затерянный город. Однако история Алферова получилась более мрачной и реалистичной. Шестерни сюжета вращаются медленно, но упрямо, перемалывая судьбы персонажей. Пышные краски описаний уверенно отсылают нас к традициям и культурам Востока — ярким и пестрым, коварным и жестоким. В Царстве процветают контрасты — порок соседствует с добродетелью, упивающиеся богатством вельможи равнодушно проходят мимо жалких нищих, а маска Царя Царей в любой момент может отправиться в грязь вместе с головой ее обладателя.

Ключевой, пожалуй, конфликт разыгрывается не в плане приключений тела, но в социально-психологическом поле. Алферов замахнулся на очень болезненную и сложную тему для реализма, которая даже в одеяних фэнтези выглядит остро. Царство угасает, и даже восстание против колдунов не изменило этого. Давно отпали другие провинции, осмелели старые соперники. Круг чародеев создавался для защиты страны, однако теперь их презирают и ненавидят. А враги не дремлют. И перед героями встает безжалостный выбор. С кем ты, с собратьями или со страной? С обнаглевшими от вседозволенности боровами в шелках или изворотливыми убийцами-чужаками? С теми, кто льстиво обещает добро, или со своими принципами, за которые тебе никто не воздаст хвалы?

Складывается досадное ощущение, что автору так хотелось сказать и описать все и сразу, что он утратил чувство меры. То витиевато и неспешно плетет сюжет, то срывается в скачки в пространстве и времени. Втискивает в повествования и чародейские теории, и далекие путешествия, и давнюю историю, и культурные экскурсы, не говоря уже о становлении одних героев и мучительных сомнениях других. Оттого впечатления распадаются на противоречивые осколки, отдавая сумбуром. Однако радует, что следующий роман Анхарского цикла "Мгла над миром", хронологически предшествующий "Царю без царства", получился более ровным и добротным. А после него и эта история воспринимается уже лучше.

Итог: масштабное полотно с нитями интриг и магии, обильно политое кровью.

Моя оценка: 7/10
Monday, May 27th, 2019
5:42 pm
Финалисты «АБС-Премии»-2019
На прошлой неделе объявили тройку дипломантов в каждой номинации премии АБС. Стоит отметить, что денежные призы полагаются всем финалистам, да и статус у них уже, как у "почти-победителей":)

Узреть...Collapse )
Частично по материалам новости на официальном сайте фонда-АБС.
Tuesday, May 21st, 2019
3:28 pm
Ханну Райаниеми «Страна вечного лета»
Финский писатель и ученый Ханну Райаниеми заработал себе известность в литературной сфере, объединив хобби с профессией в пост-сингулярной твердой НФ — трилогии "Квантовый вор", где научная составляющая оказалась завуалирована так хорошо, что для ее выявления и понимания требовались определенные познания в квантовой механики и информатике. Тем удивительнее было обнаружить, что новый роман "Страна вечного лета" относится уже к фэнтези, правда, Райаниеми вновь не обошелся без смешения различных жанров.

С открытием Страны вечного лета загробный мир стал реальностью, обретя плоть из эктоплазмы и кровь из мыслеобразов. Эксперименты ученых Лоджа и Маркони, представленные публике будущим премьер-министром Гербертом Уэстом, распахнули перед людьми врата новой эры, в которой Билет дает право на комфортное посмертное существование с сохраненным багажом воспоминаний. Основной сюжет разворачивается в хитросплетениях игр британских секретных служб, разделившихся на Зимнее и Летнее управления. Большая война с гансами закончилась сокрушительной победой благодаря эфирному оружию. Однако наступил 1938 год, Испания охвачена пожаром гражданской войны, Британия поддерживает Франко, Советский Союз под руководством Вечно Живого Ленина снабжает республиканцев, а раскольник Джугашвили со своими ячейками ведет борьбу с агентами НКВД.

Рэйчел Уайт, сотрудница контрразведки, получила от советского перебежчика имя хорошо законспирированного "крота" в Летнем управлении. Единственная проблема — он занимает слишком высокий пост, поэтому за упрямство Рэйчел отстранили от дел, переведя в финансовый отдел на скучную бумажную работу. После этого для нее стало делом чести вывести предателя на чистую воду. Патрик Блум, глава Иберийского отдела в Летнем управлении, долгое время умудрялся играть на обе стороны — и за Британию, и за Советы. Но после гибели куратора и угрозы разоблачения каждый шаг грозит ему гибелью, уже окончательной, без шансов достичь цели — влиться в сознание Вечно Живого. Несмотря на все различия, у Рэйчел и Патрика много общего. Они оба чужаки в своей среде. Рэйчел постоянно сражается со стереотипами о способностях женщин к серьезной работе, но все равно попадает в жернова родовых привилегий, где ее статус мельче песчинки. Патрик же разочарован банальной рутиной, в которую превратилась не только земная, но и загробная жизнь. Не желая становиться безвольным винтиком, он присоединяется к сети советских агентов.

Взяв некоторые общие принципы мироустройства из трилогии "Квантовой вор", например, связанные с воздействием мысли на окружающее пространство, Райаниеми перекомпилировал их программный код для запуска на электрических терминалах с роторами и проводами. Хорошенько долил эфирных технологий, легкомысленно начертил отражение фейриленда в массовом восприятии и разыграл шпионский спектакль в лучших традициях британских колледжей и клубов. На десерт — спящий Ктулху в Чистилище, увы, так и оставшийся за кадром в виде ответа к местной вариации парадокса Ферми. Получилось добротное и стильное чтение, в котором смиксованы альтернативная история, шпионский триллер, британская психологическая проза, городское фэнтези и пародия на сказки про фейри. Знатоки эпохи получат увлекательную шараду с отсылками, остальные читатели — нестандартную и атмосферную историю.

Моделируя сосуществование миров живых и мертвых, Райаниеми строит общество, где развитие медицины остановилось, поскольку при наличии Билета можно легко уйти в вечное лето. Где для эфирных технологий появилось столько областей применения, что мертвые стали едва ли не важнее живых. Где на поле боя выходят эктотанки и эктолетуны. Где другие страны мечтают о своем собственном Рае, а в Советском Союзе сделали электрического Бога, компьютер-супермозг, чьи глаза-мавзолеи присматривают за гражданами. Однако Страна вечного лета далека от утопии. Призракам грозит угасание, даже несмотря на энергетическую подпитку праной. Если сорваться, то от души останется лишь голый камень, лусит, который пустят в строительство или для хранения информации. А взамен призраки получают старую рутину, копошение в повседневных мелочах и банальностях. И лишь борьба за нечто более важное, чем статус или деньги, борьба за принципы или идею дарит настоящий рай. Главное, найти правильную точку приложения сил.

Итог: шпионские эскапады в Британии, раздвоившейся на страну живых и призраков.
Моя оценка: 8/10
2:02 pm
Короткий список Филиграни-2019
Объявлены результаты голосования номинационной комиссии литературной премии "Филигрань", организованной литературными критиками. Произведения, набравшие не менее 4 баллов, образовали список номинантов:

Познать...Collapse )
Частично по материалам поста в блоге Володихина.
[ << Previous 20 ]
Зеленый Медведь на Фантлабе   About LiveJournal.com